<<< Английская литература <<< Шекспир <<< Отелло

ACT III, Scene I
Cyprus. Before the Castle.

[Enter Cassio and some Musicians.]

 

АКТ III СЦЕНА 1
Перед замком.

Входят Кассио и несколько музыкантов.

CASSIO.
Masters, play here,--I will content your pains,
Something that's brief; and bid good-morrow, general.

[Music.]

[Enter Clown.]

CLOWN.
Why, masters, have your instruments been
in Naples, that they speak i' the nose thus?

FIRST MUSICIAN.
How, sir, how!

CLOWN.
Are these, I pray you,
wind instruments?

FIRST MUSICIAN.
Ay, marry, are they, sir.

CLOWN.
O, thereby hangs a tale.

FIRST MUSICIAN.
Whereby hangs a tale, sir?


CLOWN.
Marry, sir, by many a wind instrument
that I know. But, masters, here's money for you:
and the general so likes your music,
that he desires you, for love's sake,
to make no more noise with it.

Кассио
Играйте здесь. Я буду щедр. Недлинно
И с утренним приветом генералу.

Музыка.

Входит Шут.

Шут
Почему это, государи мои, ваши инструменты
говорят в нос? Или они побывали в Неаполе?

1-й Музыкант
Как, сударь, как?

Шут
Скажите, пожалуйста:
это духовые инструменты?

1-й Музыкант
Да, сударь, духовые.

Шут
А ведь когда мы говорим про хвост,
мы о них почему-то умалчиваем.

1-я Музыкант
А почему мы должны их упоминать,
когда говорим "про хвост"?

Шут
Да потому, что хвост всегда привешен
к духовому инструменту. Но вот вам деньги,
государи мои. И генералу так нравится ваша музыка,
что он просит вас, ради любви к нему,
больше ею не шуметь.
.

FIRST MUSICIAN.
Well, sir, we will not.

CLOWN.
If you have any music that may not be heard, to't again:
but, as they say, to hear music the general
does not greatly care.

FIRST MUSICIAN.
We have none such, sir.

CLOWN.
Then put up your pipes in your bag,
for I'll away: go,
vanish into air, away!

[Exeunt Musicians.]

CASSIO.
Dost thou hear, mine honest friend?

CLOWN.
No, I hear not your honest friend; I hear you.

1-й Музыкант
Хорошо, сударь, мы не будем.

Шут
Если у вас есть музыка, которой не слышно,
трубите на здоровье. А то слушать вас
даже и генералу жутко.

1-й Музыкант
Такой музыки у нас, сударь, нет.

Шут
Тогда спрячьте ваши дудки в мешок,
потому что я ухожу. Идите.
Растворитесь в воздухе. Исчезните!

Уходят музыканты.

Кассио
Исполни просьбу, дорогой.

Шут
Кто эта дорогая и в чем ее просьба?
.

CASSIO.
Pr'ythee, keep up thy quillets.
There's a poor piece of gold for thee:
if the gentlewoman that attends the general's wife
be stirring, tell her there's one Cassio
entreats her a little favour of speech:
wilt thou do this?

CLOWN.
She is stirring, sir;
if she will stir hither
I shall seem to notify unto her.

CASSIO.
Do, good my friend.

[Exit Clown.]

[Enter Iago.]

In happy time, Iago.

IAGO.
You have not been a-bed, then?

CASSIO.
Why, no; the day had broke
Before we parted. I have made bold, Iago,
To send in to your wife: my suit to her
Is, that she will to virtuous Desdemona
Procure me some access.

IAGO.
I'll send her to you presently;
And I'll devise a mean to draw the Moor
Out of the way, that your converse and business
May be more free.

 

Кассио
Прошу тебя, перестань острословить.
Вот тебе скромная золотая монета.
Если та синьора, которая состоит при генеральше, уже встала, скажи ей, что некто Кассио
очень просит ее разрешить ему поговорить с ней. Скажешь ей?

Шут
Она уже на ногах, и, если эти ноги приведут
ее сюда, я поставлю себе в обязанность
поставить ее в известность об этом.

Кассио
Будь добр, милейший.

Уходит Шут.

Входит Яго.

Яго, в добрый час!

Яго
Вы что же? Не ложились?

Кассио
Да нет. Еще ведь раньше рассвело,
Чем мы расстались. Я себе позволил
Послать за вашею женой. Я думал
Просить ее устроить мне прием
У Дездемоны.

Яго
Я за ней схожу.
А Мавра постараюсь устранить
С дороги, чтобы вы могли свободней
Вести беседу.
.

CASSIO.
I humbly thank you for't.

[Exit Iago.]

I never knew
A Florentine more kind and honest.

[Enter Emilia.]

EMILIA.
Good-morrow, good lieutenant; I am sorry
For your displeasure; but all will sure be well.
The general and his wife are talking of it;
And she speaks for you stoutly: the Moor replies
That he you hurt is of great fame in Cyprus
And great affinity, and that, in wholesome wisdom,
He might not but refuse you; but he protests he loves you
And needs no other suitor but his likings
To take the safest occasion by the front
To bring you in again.

CASSIO.
Yet, I beseech you,--
If you think fit, or that it may be done,--
Give me advantage of some brief discourse
With Desdemona alone.

EMILIA.
Pray you, come in:
I will bestow you where you shall have time
To speak your bosom freely.

CASSIO.
I am much bound to you.

[Exeunt.]

Кассио
Я вам благодарен от всей души.

Уходит Яго.

Я даже флорентийцев
Таких простых и милых не встречал.

Входит Эмилия.

Эмилия
Привет вам, лейтенант. Мне очень грустно,
Что вы в беде. Но все придет в порядок.
Наш генерал беседует с женой;
Она стоит за вас; Мавр отвечает,
Что раненый высоко чтим на Кипре
И многим близок и что будет мудро
Вас устранить; но что он любит вас
И что его любовь сама попросит,
Чтоб он не упустил удобный случай
Вас возвратить.

Кассио
Но, может быть, вы все же
Признаете уместным и возможным,
Чтоб я сказал два слова Дездемоне
Наедине?

Эмилия
Пожалуйста, войдите.
Я вас устрою так, чтоб вам никто
Не помешал.

Кассио
Премного вам обязан.

Уходят.


 

Scene II
Cyprus. A Room in the Castle.

[Enter Othello, Iago, and Gentlemen.]

 

СЦЕНА 2
Комната в замке.


Входят Отелло, Яго и дворяне.

OTHELLO.
These letters give, Iago, to the pilot;
And by him do my duties to the senate:
That done, I will be walking on the works;
Repair there to me.

IAGO.
Well, my good lord, I'll do't.

OTHELLO.
This fortification, gentlemen,--shall we see't?

GENTLEMEN.
We'll wait upon your lordship.

[Exeunt.]

Отелло
Сдай эти письма капитану, Яго;
И пусть поклон мой он свезет сенату.
А я пройдусь по городской стене;
Приди туда же.

Яго
Слушаюсь, синьор.

Отелло
Что ж, господа, осмотрим укрепленья?

Дворяне
Мы вас сопровождаем, генерал.

Уходят.


 

Scene III
Cyprus. The Garden of the Castle.

[Enter Desdemona, Cassio, and Emilia.]

 

СЦЕНА 3
Сад при замке.


Входят Дездемона, Кассио и Эмилия.

DESDEMONA.
Be thou assured, good Cassio, I will do
All my abilities in thy behalf.

EMILIA.
Good madam, do: I warrant it grieves my husband
As if the cause were his.

DESDEMONA.
O, that's an honest fellow.--Do not doubt, Cassio,
But I will have my lord and you again
As friendly as you were.

CASSIO.
Bounteous madam,
Whatever shall become of Michael Cassio,
He's never anything but your true servant.

DESDEMONA.
I know't,--I thank you. You do love my lord:
You have known him long; and be you well assur'd
He shall in strangeness stand no farther off
Than in a politic distance.

CASSIO.
Ay, but, lady,
That policy may either last so long,
Or feed upon such nice and waterish diet,
Or breed itself so out of circumstance,
That, I being absent, and my place supplied,
My general will forget my love and service.

DESDEMONA.
Do not doubt that; before Emilia here
I give thee warrant of thy place: assure thee,
If I do vow a friendship, I'll perform it
To the last article: my lord shall never rest;
I'll watch him tame, and talk him out of patience;
His bed shall seem a school, his board a shrift;
I'll intermingle everything he does
With Cassio's suit: therefore be merry, Cassio;
For thy solicitor shall rather die
Than give thy cause away.

Дездемона
Ты можешь быть уверен, милый Кассио,
Что я тебе во всем помочь готова.

Эмилия
Да, госпожа. Мой муж так огорчен,
Как если б это с ним самим случилось.

Дездемона
О, это честный малый. - Кассио, верь мне,
Что между вами я восстановлю
Былую дружбу.

Кассио
Добрая синьора,
Чем ни был бы теперь Микеле Кассио,
Он неизменно верный ваш слуга.

Дездемона
Спасибо, знаю. Ты Отелло любишь;
Ты с ним давно знаком; и, будь уверен,
Он отстранился от тебя не дальше,
Чем хочет осторожность.

Кассио
Да, синьора,
Но осторожность может так продлиться,
Или питаться столь ничтожной пищей,
Иль восходить к причинам столь случайным,
Что, отстранив меня и заместив,
Мою любовь и службу он забудет.

Дездемона
Не бойся, нет. Эмилия свидетель -
Ты будешь восстановлен. Клятву дружбы
Я соблюдаю до конца. Я мужа
В покое не оставлю; приручу,
Мешая спать; замучу разговором;
Я в школу превращу его кровать,
А стол - в исповедальню. Дело Кассио
Припутаю ко всем его делам.
Поэтому будь весел. Твой ходатай
Скорей умрет, чем бросит хлопотать.
.

EMILIA.
Madam, here comes
My lord.

CASSIO.
Madam, I'll take my leave.

DESDEMONA.
Why, stay,
And hear me speak.

CASSIO.
Madam, not now. I am very ill at ease,
Unfit for mine own purposes.

DESDEMONA.
Well, do your discretion.

[Exit Cassio.]

[Enter Othello and Iago.]

IAGO.
Ha! I like not that.

OTHELLO.
What dost thou say?

IAGO.
Nothing, my lord: or if--I know not what.

OTHELLO.
Was not that Cassio parted from my wife?

IAGO.
Cassio, my lord! No, sure, I cannot think it,
That he would steal away so guilty-like,
Seeing you coming.

OTHELLO.
I do believe 'twas he.

DESDEMONA.
How now, my lord!
I have been talking with a suitor here,
A man that languishes in your displeasure.

OTHELLO.
Who is't you mean?

Эмилия
Синьора,
ваш супруг.

Кассио
Синьора, я прощусь.

Дездемона
Нет, оставайся;
Послушай, как я буду говорить.

Кассио
Синьора, не сейчас. Мне тяжело;
Я не сумел бы за себя вступиться.

Дездемона.
Ну хорошо, как хочешь.

Уходит Кассио.

Входят Отелло и Яго, в стороне.

Яго
Не по душе мне это.

Отелло
Что ты сказал?

Яго
Так, ничего. А впрочем... Я не знаю.

Отелло
Кто это был у Дездемоны? Кассио?

Яго
О нет, синьор, не Кассио. Он не стал бы
Спасаться бегством, словно виноватый,
Завидя вас.

Отелло
Мне кажется, что он.

Дездемона
Привет, синьор!
Здесь у меня один проситель был,
Томящийся под вашею опалой.

Отелло
Кто это?
.

DESDEMONA.
Why, your lieutenant, Cassio.
Good my lord,
If I have any grace or power to move you,
His present reconciliation take;
For if he be not one that truly loves you,
That errs in ignorance and not in cunning,
I have no judgement in an honest face:
I pr'ythee, call him back.

OTHELLO.
Went he hence now?

DESDEMONA.
Ay, sooth; so humbled
That he hath left part of his grief with me
To suffer with him. Good love, call him back.

OTHELLO.
Not now, sweet Desdemon; some other time.

DESDEMONA.
But shall't be shortly?

OTHELLO.
The sooner, sweet, for you.

DESDEMONA.
Shall't be to-night at supper?

OTHELLO.
No, not to-night.

DESDEMONA.
To-morrow dinner then?

OTHELLO.
I shall not dine at home;
I meet the captains at the citadel.

 

Дездемона
Это был Микеле Кассио, ваш лейтенант.
Синьор мой,
если я способна просьбой тронуть вашу душу,
То вы его немедленно простите;
И если он не любит вас сердечно
И не случайно прегрешил, а злостно,
То я не разбираюсь в честных лицах.
Верни его, прошу.

Отелло
Так это он был здесь сейчас?

Дездемона
Да, и такой несчастный,
Что мне оставил часть своих скорбей,
Чтоб сострадать. Верни его, мой милый.

Отелло
Не сразу, дорогой мой друг; попозже.

Дездемона
Но скоро?

Отелло
Скоро, - для тебя, мой друг.

Дездемона
Сегодня к ужину?

Отелло
Нет, не сегодня.

Дездемона
К обеду завтра?

Отелло
Завтра у меня
Обед с начальниками цитадели.
.

DESDEMONA.
Why then to-morrow night; or Tuesday morn;
On Tuesday noon, or night; on Wednesday morn:--
I pr'ythee, name the time; but let it not
Exceed three days: in faith, he's penitent;
And yet his trespass, in our common reason,--
Save that, they say, the wars must make examples
Out of their best,--is not almost a fault
To incur a private check. When shall he come?
Tell me, Othello: I wonder in my soul,
What you would ask me, that I should deny,
Or stand so mammering on. What! Michael Cassio,
That came awooing with you; and so many a time,
When I have spoke of you dispraisingly,
Hath ta'en your part;--to have so much to do
To bring him in! Trust me, I could do much,--

OTHELLO.
Pr'ythee, no more; let him come when he will;
I will deny thee nothing.

DESDEMONA.
Why, this is not a boon;
'Tis as I should entreat you wear your gloves,
Or feed on nourishing dishes, or keep you warm,
Or sue to you to do a peculiar profit
To your own person: nay, when I have a suit
Wherein I mean to touch your love indeed,
It shall be full of poise and difficult weight,
And fearful to be granted.

OTHELLO.
I will deny thee nothing:
Whereon, I do beseech thee, grant me this,
To leave me but a little to myself.

DESDEMONA.
Shall I deny you? no: farewell, my lord.

OTHELLO.
Farewell, my Desdemona: I'll come to thee straight.

Дездемона
Так вечером; или во вторник утром,
В обед иль к вечеру; иль в среду утром.
Прошу тебя, назначь; но в срок не дольше
Трех дней. Он кается чистосердечно.
А ведь по существу его проступок, -
Хоть на войне всех строже судят лучших, -
Так легок, что не стоит и упрека
Наедине. Когда ж ему прийти?
Скажи! Не знаю, на какую просьбу
Тебе бы я ответила отказом
Иль колебаньем. Как! Микеле Кассио,
Твой верный сват, который столько раз,
Когда я дурно о тебе судила,
Вступался за тебя? Ужель так трудно
Вернуть его? Я много бы дала...

Отелло
Довольно. Пусть придет когда угодно.
Все будет, как ты хочешь.

Дездемона
Я прошу
Не более, чем если б я просила,
Чтоб ты носил перчатки, сытно кушал,
Ходил в тепле и о себе самом
Заботился. Когда бы мне пришлось
Действительно воззвать к твоей любви,
То было бы в тяжелой, в трудной просьбе,
А не в такой.

Отелло
Все будет, как ты хочешь.
Зато и у меня к тебе есть просьба:
Дай мне побыть немного одному.

Дездемона
Ты хочешь так? Пусть будет так. До встречи.

Отелло
До встречи, друг мой. Я сейчас приду.
.

DESDEMONA.
Emilia, come.--Be as your fancies teach you;
Whate'er you be, I am obedient.

[Exit with Emilia.]

OTHELLO.
Excellent wretch! Perdition catch my soul,
But I do love thee! and when I love thee not,
Chaos is come again.

IAGO.
My noble lord,--

OTHELLO.
What dost thou say, Iago?

IAGO.
Did Michael Cassio, when you woo'd my lady,
Know of your love?

OTHELLO.
He did, from first to last: why dost thou ask?

IAGO.
But for a satisfaction of my thought;
No further harm.

OTHELLO.
Why of thy thought, Iago?

IAGO.
I did not think he had been acquainted with her.

OTHELLO.
O, yes; and went between us very oft.

IAGO.
Indeed!

OTHELLO.
Indeed! ay, indeed:--discern'st thou aught in that?
Is he not honest?

IAGO.
Honest, my lord!

OTHELLO.
Honest! ay, honest.

Дездемона
Идем, Эмилия. - Все, как ты хочешь.
Какой ты есть, такому я послушна.

Уходят Дездемона и Эмилия.

Отелло
Ну что за прелесть. Пусть я буду проклят,
Люблю тебя! А если разлюблю,
Вернется хаос.

Яго
Достойнейший синьор...

Отелло
Что скажешь, Яго?

Яго
Когда вы сватались к синьоре, знал ли
Микеле Кассио вашу к ней любовь?

Отелло
Да, с первых дней. Ты почему спросил?

Яго
Так только, чтобы мысль одну проверить.
Без злого умысла.

Отелло
Какую мысль?

Яго
Я думал, что он не был с ней знаком.

Отелло
Нет, как же. И служил послом меж нами.

Яго
Вот как?

Отелло
Вот как! Да, вот как! Что же тут плохого?
Ведь разве он не честный человек?

Яго
Он честный человек.

Отелло
Да, честный.
.

IAGO.
My lord, for aught I know.

OTHELLO.
What dost thou think?

IAGO.
Think, my lord!

OTHELLO.
Think, my lord!
By heaven, he echoes me,
As if there were some monster in his thought
Too hideous to be shown.--Thou dost mean something:
I heard thee say even now,--thou lik'dst not that,
When Cassio left my wife. What didst not like?
And when I told thee he was of my counsel
In my whole course of wooing, thou criedst, "Indeed!"
And didst contract and purse thy brow together,
As if thou then hadst shut up in thy brain
Some horrible conceit: if thou dost love me,
Show me thy thought.

IAGO.
My lord, you know I love you.

OTHELLO.
I think thou dost;
And,--for I know thou'rt full of love and honesty
And weigh'st thy words before thou giv'st them breath,--
Therefore these stops of thine fright me the more:
For such things in a false disloyal knave
Are tricks of custom; but in a man that's just
They're close delations, working from the heart,
That passion cannot rule.

IAGO.
For Michael Cassio,
I dare be sworn I think that he is honest.

OTHELLO.
I think so too.

 

Яго
Насколько знаю.

Отелло
Ты словно призадумался. О чем?

Яго
О чем, синьор?

Отелло
О чем, синьор! Он вторит мне, как будто
Таит в уме чудовище такое,
Что страшно показать. Ты что-то знаешь.
Ты сам сказал: "Не по душе мне это", -
Когда он был здесь. Что - не по душе?
А на мои слова, что он знал тайну
Моей женитьбы, ты воскликнул: "Вот как!"
И сморщил и нахмурил лоб при этом,
Как если бы замкнул в своем мозгу
Ужаснейшую мысль. Откройся мне,
Когда меня ты любишь.

Яго
Мой синьор,
Вы знаете, что я люблю вас.

Отелло
Да.
И зная, что меня ты любишь честно
И, только взвесив, произносишь слово,
Я опасаюсь этих недомолвок:
Они у лживых и дурных людей -
Обычная игра; но в людях чистых
То - скрытый приговор, произнесенный
Смущенным сердцем.

Яго
Право, я считаю,
Что Кассио честен.

Отелло
Я считаю тоже.
.

IAGO.
Men should be what they seem;
Or those that be not, would they might seem none!

OTHELLO.
Certain, men should be what they seem.

IAGO.
Why, then, I think Cassio's an honest man.

OTHELLO.
Nay, yet there's more in this:
I pr'ythee, speak to me as to thy thinkings,
As thou dost ruminate; and give thy worst of thoughts
The worst of words.

IAGO.
Good my lord, pardon me:
Though I am bound to every act of duty,
I am not bound to that all slaves are free to.
Utter my thoughts? Why, say they are vile and false;--
As where's that palace whereinto foul things
Sometimes intrude not? who has a breast so pure
But some uncleanly apprehensions
Keep leets and law-days, and in session sit
With meditations lawful?

OTHELLO.
Thou dost conspire against thy friend, Iago,
If thou but think'st him wrong'd and mak'st his ear
A stranger to thy thoughts.

Яго
Быть надо тем, чем кажешься. А если
Ты не таков, тогда и не кажись.

Отелло
Быть надо тем, чем кажешься, конечно.

Яго
Раз так, я думаю, что Кассио честен.

Отелло
Нет, здесь не все. Ты говори со мной,
Прошу тебя, как с собственною думой,
Как если б размышлял, и худшим мыслям
Дай худшие слова.

Яго
Синьор, простите:
Я призван исполнять веленья долга,
Но не такое, в чем и раб свободен.
Вслух размышлять? А если мысли гнусны?
Где тот дворец, куда бы не могла
Проникнуть грязь? Чья грудь столь непорочна,
Чтоб иногда нечистые догадки
В ней не садились за судейский стол
Средь честных размышлений?

Отелло
Ты виновен в измене другу, если, опасаясь,
Что он обижен, от его ушей
Скрываешь мысль свою.
.

IAGO.
I do beseech you,--
Though I perchance am vicious in my guess,
As, I confess, it is my nature's plague
To spy into abuses, and of my jealousy
Shape faults that are not,--that your wisdom yet,
From one that so imperfectly conceits,
Would take no notice; nor build yourself a trouble
Out of his scattering and unsure observance:--
It were not for your quiet nor your good,
Nor for my manhood, honesty, or wisdom,
To let you know my thoughts.

OTHELLO.
What dost thou mean?

IAGO.
Good name in man and woman, dear my lord,
Is the immediate jewel of their souls:
Who steals my purse steals trash; 'tis something, nothing;
'Twas mine, 'tis his, and has been slave to thousands;
But he that filches from me my good name
Robs me of that which not enriches him
And makes me poor indeed.

OTHELLO.
By heaven, I'll know thy thoughts.

IAGO.
You cannot, if my heart were in your hand;
Nor shall not, whilst 'tis in my custody.

OTHELLO.
Ha!

IAGO.
O, beware, my lord, of jealousy;
It is the green-ey'd monster which doth mock
The meat it feeds on: that cuckold lives in bliss
Who, certain of his fate, loves not his wronger;
But O, what damned minutes tells he o'er
Who dotes, yet doubts, suspects, yet strongly loves!

OTHELLO.
O misery!

IAGO.
Poor and content is rich, and rich enough;
But riches fineless is as poor as winter
To him that ever fears he shall be poor;--
Good heaven, the souls of all my tribe defend
From jealousy!

Яго
Я вас прошу, -
Ведь, может быть, мой домысел порочен,
А у меня несчастная привычка
Во всем искать дурное и напрасно
Подозревать других, - пусть ваша мудрость
Таким недостоверным показаньем
Пренебрежет; не черпайте тревоги
Из шатких и случайных наблюдений.
Мне запрещают ваш покой и счастье
И собственная честь и осторожность
Открыть вам мысль мою.

Отелло
Что это значит?

Яго
Ни у мужчин, синьор мой, ни у женщин
Нет клада драгоценней доброй славы.
Укравший мой кошель украл пустое:
Он был моим, теперь - его, раб тысяч;
Но добрую мою крадущий славу
Ворует то, чем сам богат не станет,
Но без чего я нищий.

Отелло
Клянусь, я должен знать твои догадки!

Яго
Не можете, хотя бы вскрыв мне сердце;
И не должны, пока я страж ему.

Отелло
А!

Яго
Берегитесь ревности, синьор.
То - чудище с зелеными глазами,
Глумящееся над своей добычей.
Блажен рогач, к измене равнодушный;
Но жалок тот, кто любит и не верит,
Подозревает и боготворит!

Отелло
Ужасно!

Яго
Кто беден и доволен, тот богач.
Но бедны, как зима, богатства тех,
Кто одержим боязнью обеднеть.
Избави Бог моих единокровных
От ревности!
.

OTHELLO.
Why, why is this?
Think'st thou I'd make a life of jealousy,
To follow still the changes of the moon
With fresh suspicions? No; to be once in doubt
Is once to be resolv'd: exchange me for a goat
When I shall turn the business of my soul
To such exsufflicate and blown surmises,
Matching thy inference. 'Tis not to make me jealous,
To say my wife is fair, feeds well, loves company,
Is free of speech, sings, plays, and dances well;
Where virtue is, these are more virtuous:
Nor from mine own weak merits will I draw
The smallest fear or doubt of her revolt;
For she had eyes and chose me. No, Iago;
I'll see before I doubt; when I doubt, prove;
And on the proof, there is no more but this,--
Away at once with love or jealousy!

IAGO.
I am glad of it; for now I shall have reason
To show the love and duty that I bear you
With franker spirit: therefore, as I am bound,
Receive it from me:--I speak not yet of proof.
Look to your wife; observe her well with Cassio;
Wear your eye thus, not jealous nor secure:
I would not have your free and noble nature,
Out of self-bounty, be abus'd; look to't.
I know our country disposition well;
In Venice they do let heaven see the pranks
They dare not show their husbands; their best conscience
Is not to leave undone, but keep unknown.

OTHELLO.
Dost thou say so?

IAGO.
She did deceive her father, marrying you;
And when she seem'd to shake
and fear your looks,
She loved them most.

OTHELLO.
And so she did.

IAGO.
Why, go to then;
She that, so young, could give out such a seeming,
To seal her father's eyes up close as oak,--
He thought 'twas witchcraft,--but I am much to blame;
I humbly do beseech you of your pardon
For too much loving you.

OTHELLO.
I am bound to thee for ever.

IAGO.
I see this hath a little dash'd your spirits.

 

Отелло
К чему такая речь?
Ты думаешь, я стал бы жить ревнуя,
В сомнениях повторный, как луна?
Нет, мне довольно усомниться раз,
Чтоб все решить. Зови меня козлом,
Когда мой дух смутят пустые бредни,
Как эти вот. Я в ревность не впаду,
Услышав, что моя жена красива,
Ест вдоволь, любит общество, речиста,
Искусна в пенье, музыке и танцах:
От этого лишь краше добродетель.
Я также и в моих несовершенствах
Не вижу повода к ее измене:
Я выбран зрячей женщиной. Нет, Яго.
Я должен видеть, чтобы усомниться,
А усомнясь - дознаться; и тогда -
Долой все вместе: и любовь и ревность!

Яго
Рад слышать это. Я теперь могу
Явить мою любовь и верность вам
Без опасений, как велит мой долг.
Улик пока что нет. Но последите
За вашею женой, за их беседой.
Глядите так - без ревности, но зорко;
Возвышенной душе всегда опасна
Ее же доброта. Остерегитесь!
Я знаю хорошо родные нравы:
В Венеции не от небес таятся,
А от мужей; там совесть ублажают
Не воздержаньем, а неразглашеньем.

Отелло
Ты думаешь?

Яго
Чтоб повенчаться с вами,
Она решила обмануть отца.
Она как бы страшилась ваших взоров,
Но страстно их любила.

Отелло
Да.

Яго
Так вот:
В такие годы так владеть притворством,
Отцу глаза, как соколу, зашить, -
Он думал, здесь волшба, - но я забылся.
Я вас молю, простите, что я слишком
Люблю вас.

Отелло
Я тебе навек обязан.

Яго
Я вижу, это вас слегка смутило.
.

OTHELLO.
Not a jot, not a jot.

IAGO.
Trust me, I fear it has.
I hope you will consider what is spoke
Comes from my love; but I do see you're mov'd:--
I am to pray you not to strain my speech
To grosser issues nor to larger reach
Than to suspicion.

OTHELLO.
I will not.

IAGO.
Should you do so, my lord,
My speech should fall into such vile success
Which my thoughts aim'd not.
Cassio's my worthy friend:--
My lord, I see you're mov'd.

OTHELLO.
No, not much mov'd.
I do not think but Desdemona's honest.

IAGO.
Long live she so! and long live you to think so!

OTHELLO.
And yet, how nature erring from itself,--

IAGO.
Ay, there's the point:--as,--to be bold with you,--
Not to affect many proposed matches,
Of her own clime, complexion, and degree,
Whereto we see in all things nature tends,--
Foh! one may smell in such a will most rank,
Foul disproportion, thoughts unnatural:--
But pardon me: I do not in position
Distinctly speak of her; though I may fear,
Her will, recoiling to her better judgement,
May fall to match you with her country forms,
And happily repent.

OTHELLO.
Farewell, farewell:
If more thou dost perceive, let me know more;
Set on thy wife to observe: leave me, Iago.

IAGO.
[Going.] My lord, I take my leave.

OTHELLO.
Why did I marry?--This honest creature doubtless
Sees and knows more, much more, than he unfolds.

Отелло
Ничуть, ничуть.

Яго
Ей-ей, боюсь, что так.
Виновна в этом лишь моя любовь,
Поверьте. Но я вижу - вы задеты.
Не извлекайте из моих речей
Чего-либо существенней и шире,
Чем подозренье.

Отелло
Нет, нет.

Яго
Иначе речь моя вела бы
К таким последствиям, каких я вовсе
Не мыслил.
Кассио - мой достойный друг...
Я вижу, вы задеты.

Отелло
Нет, не слишком -
Я верю - Дездемона беспорочна.

Яго
Да будет так! Живите с этой верой!

Отелло
А все же, если прихоти природы...

Яго
Вот именно. Ведь - говоря открыто -
Отвергнуть стольких, с кем ее сближают
Отечество, и внешность, и сословье,
Все то, к чему всегда влечет природу, -
Фу, это пахнет нездоровой волей,
Больным уродством, извращенной мыслью.
Простите, я отнюдь не отношу
Все это лично к ней; хоть есть опасность,
Что вдруг она, вернувшись к здравым чувствам,
Сравнит вас со своими земляками
И, может быть, раскается.

Отелло
Прощай!
Заметишь что-нибудь еще - скажи.
Вели своей жене понаблюдать. Оставь меня.

Яго
(уходя) Синьор, я удаляюсь.

Отелло
Зачем я взял жену! Он несомненно
Гораздо больше знает, чем сказал.
.

IAGO.
[Returning.] My lord, I would I might entreat your honour
To scan this thing no further; leave it to time:
Though it be fit that Cassio have his place,--
For sure he fills it up with great ability,--
Yet, if you please to hold him off awhile,
You shall by that perceive him and his means:
Note if your lady strain his entertainment
With any strong or vehement importunity;
Much will be seen in that. In the meantime,
Let me be thought too busy in my fears,--
As worthy cause I have to fear I am,--
And hold her free, I do beseech your honour.

OTHELLO.
Fear not my government.

IAGO.
I once more take my leave.

[Exit.]

OTHELLO.
This fellow's of exceeding honesty,
And knows all qualities, with a learned spirit,
Of human dealings. If I do prove her haggard,
Though that her jesses were my dear heartstrings,
I'd whistle her off, and let her down the wind
To prey at fortune. Haply, for I am black,
And have not those soft parts of conversation
That chamberers have; or for I am declin'd
Into the vale of years,--yet that's not much,--
She's gone; I am abus'd, and my relief
Must be to loathe her. O curse of marriage,
That we can call these delicate creatures ours,
And not their appetites! I had rather be a toad,
And live upon the vapor of a dungeon,
Than keep a corner in the thing I love
For others' uses. Yet, 'tis the plague of great ones:
Prerogativ'd are they less than the base;
'Tis destiny unshunnable, like death:
Even then this forked plague is fated to us
When we do quicken. Desdemona comes:
If she be false, O, then heaven mocks itself!--
I'll not believe't.

[Re-enter Desdemona and Emilia.]

DESDEMONA.
How now, my dear Othello!
Your dinner, and the generous islanders
By you invited, do attend your presence.

OTHELLO.
I am to blame.

Яго
(возвращаясь) Синьор, я умоляю вас не думать
Об этом больше; время все покажет.
Хоть Кассио должности своей достоин
И отправлял ее с большим искусством,
Но вы, на время отстранив его,
Могли бы рассмотреть его приемы
И увидать, насколько горячо
Супруга ваша за него хлопочет;
То будет важный признак. А пока
Считайте, что я слишком беспокоен, -
Должно быть, так и есть, - и что она
Вполне безвинна, умоляю вас.

Отелло
Не бойся, я собой владеть умею.

Яго
Позвольте мне откланяться еще раз.

(Уходит.)

Отелло
Вот человек необычайно честный
И превосходно знающий людей.
Нет, если Дездемона - дикий сокол,
Я, хоть держу ее на жилах сердца,
Спущу ее - и пусть летит по ветру
Искать свой корм. Быть может, потому,
Что черен я и нет во мне приятства
Любезников, иль потому, что я
Уже на склоне лет, - хоть и не очень, -
Она ушла. Я брошен. И я должен
Мстить отвращеньем*. В том и ужас брака,
Что эти нежные созданья - наши,
А чувства их - чужие. Лучше быть
Поганой жабой в склизком подземелье,
Чем уступить хоть угол в том, что любишь,
Другому. Но таков позор великих:
У них нет льгот, таких, как у толпы;
То участь неизбежная, как смерть;
Нам суждено двурогое проклятье
От наших первых дней. Вот Дездемона.
О, если эта лжет, то Небеса
Глумятся над собой! Не верю.

Возвращаются Дездемона и Эмилия.

Дездемона
Друг мой,
Обед и знатные островитяне,
Которых пригласил ты, ждут тебя.

Отелло
Я очень виноват.
.

DESDEMONA.
Why do you speak so faintly?
Are you not well?

OTHELLO.
I have a pain upon my forehead here.

DESDEMONA.
Faith, that's with watching; 'twill away again;
Let me but bind it hard, within this hour
It will be well.

OTHELLO.
Your napkin is too little;

[He puts the handkerchief from him,
and she drops it.]

Let it alone. Come, I'll go in with you.

DESDEMONA.
I am very sorry that you are not well.

[Exeunt Othello and Desdemona.]

EMILIA.
I am glad I have found this napkin;
This was her first remembrance from the Moor.
My wayward husband hath a hundred times
Woo'd me to steal it; but she so loves the token,--
For he conjur'd her she should ever keep it,--
That she reserves it evermore about her
To kiss and talk to. I'll have the work ta'en out,
And give't Iago:
What he will do with it heaven knows, not I;
I nothing but to please his fantasy.

[Re-enter Iago.]

IAGO.
How now! what do you here alone?

EMILIA.
Do not you chide; I have a thing for you.

IAGO.
A thing for me!--it is a common thing.

EMILIA.
Ha!

 

Дездемона
Но почему
Ты говоришь так тихо? Ты не болен?

Отелло
Боль надо лбом какая-то, вот здесь.

Дездемона
Ну да, ты плохо спал; все от того.
Дай, обвяжу покрепче. Через час
Боль перестанет.

Отелло
Слишком мал платок.

Отстраняет платок,
и Дездемона роняет его.

Не надо. Я иду с тобой, пойдем.

Дездемона
Мне грустно, что тебе нехорошо.

Уходят Отелло и Дездемона.

Эмилия
Я рада, что нашла ее платок.
То был от Мавра первый ей подарок.
Мой шалый муж сто раз меня просил
Украсть его; но ей так мил залог,
Врученный как святыня, что она
Не расстается с ним, его целует
И говорит с ним. Вышью вот такой же
И подарю супругу; что он хочет
С ним предпринять, лишь небесам известно;
Но прихоть мужа я исполню честно.

Возвращается Яго.

Яго
Ты здесь? Ты что тут делаешь одна?

Эмилия
Не будь так резок. Я к тебе с подарком.

Яго
С подарком? Мне и старого довольно.

Эмилия
Какого?
.

IAGO.
To have a foolish wife.

EMILIA.
O, is that all? What will you give me now
For that same handkerchief?

IAGO.
What handkerchief?

EMILIA.
What handkerchief!
Why, that the Moor first gave to Desdemona;
That which so often you did bid me steal.

IAGO.
Hast stol'n it from her?

EMILIA.
No, faith; she let it drop by negligence,
And, to the advantage, I being here, took't up.
Look, here it is.

IAGO.
A good wench; give it me.

EMILIA.
What will you do with't, that you have been so earnest
To have me filch it?

IAGO.
[Snatching it.] Why, what's that to you?

EMILIA.
If it be not for some purpose of import,
Give't me again: poor lady, she'll run mad
When she shall lack it.

IAGO.
Be not acknown on't; I have use for it.
Go, leave me.

[Exit Emilia.]

I will in Cassio's lodging lose this napkin,
And let him find it. Trifles light as air
Are to the jealous confirmations strong
As proofs of holy writ: this may do something.
The Moor already changes with my poison:
Dangerous conceits are in their natures poisons,
Which at the first are scarce found to distaste,
But, with a little act upon the blood,
Burn like the mines of sulphur.--I did say so:--
Look, where he comes!
Not poppy, nor mandragora,
Nor all the drowsy syrups of the world,
Shall ever medicine thee to that sweet sleep
Which thou ow'dst yesterday.

[Re-enter Othello.]

OTHELLO.
Ha! ha! false to me?

IAGO.
Why, how now, general! no more of that.

Яго
Плохой жены.

Эмилия
И это все? А что бы ты мне дал
За этот вот платок?

Яго
Какой платок?

Эмилия
Какой платок? Да тот, который Мавр
Дал Дездемоне; тот платок, который
Ты столько раз просил меня украсть.

Яго
И ты его украла?

Эмилия
Нет, зачем? Она его случайно обронила,
А я заметила и подняла.
Вот, посмотри.

Яго
Ты молодец. Дай мне.

Эмилия
На что тебе он нужен?
Ты так жадно хотел его.

Яго
(вырывая у нее платок.) Не все ль тебе равно?

Эмилия
Но если у тебя нет важной цели,
Верни его: несчастная синьора
Сойдет с ума, не находя его.

Яго
А ты не сознавайся. Он мне нужен.
Оставь меня, уйди.

Уходит Эмилия.

Я оброню платок у Кассио в доме,
Чтоб он нашел. Безделки, легче ветра,
Ревнивцев убеждают так же прочно,
Как слово Божье. Польза есть и в этой.
На Мавра начал действовать мой яд.
Опасные раздумья - это яды,
Которые вначале чуть горчат,
Но стоит им слегка проникнуть в кровь -
Горят, как залежь серы. Так и есть.
Вот он идет!
Ни мак, ни мандрагора,
Ни все дремотные настои мира
Уж не вернут тебе тот сладкий сон,
Каким ты спал вчера.

Возвращается Отелло.

Отелло
Ха! Ха! Обманут?

Яго
Что это с вами, генерал? Не надо.
.

OTHELLO.
Avaunt! be gone! thou hast set me on the rack:--
I swear 'tis better to be much abus'd
Than but to know't a little.

IAGO.
How now, my lord!

OTHELLO.
What sense had I of her stol'n hours of lust?
I saw't not, thought it not, it harm'd not me:
I slept the next night well, was free and merry;
I found not Cassio's kisses on her lips:
He that is robb'd, not wanting what is stol'n,
Let him not know't and he's not robb'd at all.

IAGO.
I am sorry to hear this.

OTHELLO.
I had been happy if the general camp,
Pioners and all, had tasted her sweet body,
So I had nothing known. O, now, for ever
Farewell the tranquil mind! farewell content!
Farewell the plumed troop and the big wars
That make ambition virtue! O, farewell,
Farewell the neighing steed and the shrill trump,
The spirit-stirring drum, the ear-piercing fife,
The royal banner, and all quality,
Pride, pomp, and circumstance of glorious war!
And, O you mortal engines, whose rude throats
The immortal Jove's dread clamors counterfeit,
Farewell! Othello's occupation's gone!

IAGO.
Is't possible, my lord?--

OTHELLO.
Villain, be sure thou prove my love a whore;--
[Taking him by the throat.]
Be sure of it. Give me the ocular proof;
Or, by the worth of man's eternal soul,
Thou hadst been better have been born a dog
Than answer my wak'd wrath!

IAGO.
Is't come to this?

OTHELLO.
Make me to see't; or at the least so prove it,
That the probation bear no hinge nor loop
To hang a doubt on; or woe upon thy life!

IAGO.
My noble lord,--

OTHELLO.
If thou dost slander her and torture me,
Never pray more; abandon all remorse;
On horror's head horrors accumulate;
Do deeds to make heaven weep, all earth amaz'd;
For nothing canst thou to damnation add
Greater than that.

IAGO.
O grace! O heaven defend me!
Are you a man? have you a soul or sense?--
God be wi' you; take mine office.--O wretched fool,
That liv'st to make thine honesty a vice!--
O monstrous world! Take note, take note, O world,
To be direct and honest is not safe.--
I thank you for this profit; and from hence
I'll love no friend, sith love breeds such offense.

Отелло
Прочь! Скройся! Ты меня на дыбу вздернул!
Нет, лучше быть обманутым кругом,
Чем хоть немного знать.

Яго
Синьор, не надо.

Отелло
Что знал я про часы ее разврата?
Не видел их, не чуял, не страдал;
Спокойно спал, был весел и доволен;
Не целовал следы лобзаний Кассио.
Кто не заметил, что он обокраден,
Тот не утратил ровно ничего.

Яго
Мне грустно это слышать.

Отелло
Я был бы счастлив, если бы весь лагерь,
Вплоть до обозных, ею насладился
И я не знал. Теперь навек прощай,
Душевный мир! Прощай, покой! Прощайте,
Пернатые полки*, большие войны,
Где честолюбье - доблесть! О, прощайте,
Храпящий конь и звонкая труба,
Бодрящий барабан, визгунья-флейта,
Державный стяг и все великолепье,
Гордыня, блеск и пышность славных войн!
И вы, орудья гибели, чей рев
Подобен грозным возгласам Зевеса,
Навек прощайте! Кончен труд Отелло!

Яго
Синьор, возможно ль это?

Отелло
Докажи,
Несчастный, что моя любовь - блудница!
Представь улики, докажи воочью!
Или, клянусь бессмертною душой,
Тебе бы лучше было псом родиться,
Чем встретить гнев мой!

Яго
До чего дошло!

Отелло
Увидеть дай! Иль докажи мне так,
Чтоб ни одной зацепки не осталось
Сомнению. Не то беда тебе!

Яго
Синьор мой...

Отелло
Если ты оклеветал
Невинную и в пытку вверг меня,
То больше не молись; забудь про совесть;
Нагромождай злодейства на злодейства,
Чтоб небо взвыло, дрогнула земля:
Ты не загубишь душу худшим делом, чем это.

Яго
Сжалься, Пресвятое Небо!
Вы человек? Есть сердце в вас и разум?
Что ж, дайте мне отставку. О глупец,
Который провинился тем, что честен!
О свет жестокий! Помни, помни, свет,
Быть честным и прямым - небезопасно.
Спасибо за науку: вижу сам,
Чем награждается любовь к друзьям.
.

OTHELLO.
Nay, stay:--thou shouldst be honest.

IAGO.
I should be wise; for honesty's a fool,
And loses that it works for.

OTHELLO.
By the world,
I think my wife be honest, and think she is not;
I think that thou art just, and think thou art not:
I'll have some proof: her name, that was as fresh
As Dian's visage, is now begrim'd and black
As mine own face.--If there be cords or knives,
Poison or fire, or suffocating streams,
I'll not endure 't.--Would I were satisfied!

IAGO.
I see, sir, you are eaten up with passion:
I do repent me that I put it to you.
You would be satisfied?

OTHELLO.
Would! nay, I will.

IAGO.
And may: but how? how satisfied, my lord?
Would you, the supervisor, grossly gape on,--
Behold her tupp'd?

OTHELLO.
Death and damnation! O!

IAGO.
It were a tedious difficulty, I think,
To bring them to that prospect: damn them then,
If ever mortal eyes do see them bolster
More than their own! What then? how then?
What shall I say? Where's satisfaction?
It is impossible you should see this
Were they as prime as goats, as hot as monkeys,
As salt as wolves in pride, and fools as gross
As ignorance made drunk. But yet, I say,
If imputation and strong circumstances,--
Which lead directly to the door of truth,--
Will give you satisfaction, you may have't.

OTHELLO.
Give me a living reason she's disloyal.

 

Отелло
Нет, погоди. Ты, вероятно, честен.

Яго
Но явно неразумен. Честность - дура
И зря хлопочет.

Отелло
Видит Бог, я верю -
Моя жена невинна, и не верю;
Я верю - ты мне предан, и не верю;
Я должен знать. Ее, как лик Дианы,
Сиявший образ чернотой сравнялся
С моим лицом. Раз есть ножи, веревки,
Яд, пламя, удушающие струи,
Довольно ждать. Я должен убедиться.

Яго
Я вижу, вас снедает страсть. Мне больно,
Что я разжег ее. Вы убедиться
Хотели бы?

Отелло
Хотел бы? Нет, хочу.

Яго
И можете. Но как? Как убедиться?
Прийти глазеть, разинув рот, как этот
Ее покрыл?

Отелло
Смерть и проклятье! О!

Яго
И вам такого зрелища дождаться
Не так легко. Ведь, кроме их же глаз,
Чьи смертные глаза могли увидеть
Их нежности? Но что тогда? И как?
Что можно сделать? Как вам убедиться?
Вам не увидеть их, будь даже оба
Резвей козлов, блудливей обезьян,
Шальней волков в охоте я глупее,
Чем пьяное невежество. Но если
Сопоставленье веских обстоятельств,
Которое ведет к воротам правды,
Вас может убедить, вы убедитесь.

Отелло
Дай мне наглядный знак ее измены.
.

IAGO.
I do not like the office;
But, sith I am enter'd in this cause so far,--
Prick'd to it by foolish honesty and love,--
I will go on. I lay with Cassio lately;
And, being troubled with a raging tooth,
I could not sleep.
There are a kind of men so loose of soul,
That in their sleeps will mutter their affairs:
One of this kind is Cassio:
In sleep I heard him say, "Sweet Desdemona,
Let us be wary, let us hide our loves";
And then, sir, would he gripe and wring my hand,
Cry, "O sweet creature!" and then kiss me hard,
As if he pluck'd up kisses by the roots,
That grew upon my lips: then laid his leg
Over my thigh, and sigh'd and kiss'd; and then
Cried, "Cursed fate that gave thee to the Moor!"

OTHELLO.
O monstrous! monstrous!

IAGO.
Nay, this was but his dream.

OTHELLO.
But this denoted a foregone conclusion:
'Tis a shrewd doubt, though it be but a dream.

IAGO.
And this may help to thicken other proofs
That do demonstrate thinly.

OTHELLO.
I'll tear her all to pieces.

IAGO.
Nay, but be wise: yet we see nothing done;
She may be honest yet. Tell me but this,--
Have you not sometimes seen a handkerchief
Spotted with strawberries in your wife's hand?

OTHELLO.
I gave her such a one; 'twas my first gift.

IAGO.
I know not that: but such a handkerchief,--
I am sure it was your wife's,--did I today
See Cassio wipe his beard with.

OTHELLO.
If it be that,--

Яго
Не по душе мне это.
На так как я зашел уже далеко,
По глупой честности и по любви,
Пойду вперед. Я как-то ночевал
У Кассио. Яростно болящий зуб
Мешал мне спать.
Есть род людей с расхлябанной душой,
Что и во сне бормочут про свое.
Таков Микеле Кассио. Я услышал,
Как он сказал сквозь сон: "Будь осторожна,
Не выдай нашей тайны, Дездемона".
Он сжал мне руку, вскрикнул: "Дорогая?"
И стал меня так крепко целовать,
Как будто поцелуи с губ моих
Рвал с корнем; а потом закинул ногу
Мне на бедро" вздыхал, ласкал и вскрикнул:
"Проклятый рок, тебя отдавший Мавру!"

Отелло
Чудовищно!

Яго
Да, но ведь это сон.

Отелло
Основанный на чем-то раньше бывшем.
Пусть это - сон, но это гнусный признак.

Яго
Для утолщенья тощих доказательств.

Отелло
Я разорву ее в куски!

Яго
Не надо
Безумствовать. Мы ничего не знаем.
Она чиста, быть может. Но скажите:
Случалось видеть вам в ее руках
Платок, расшитый алой земляникой?

Отелло
То был мой самый первый ей подарок.

Яго
Так вот, я видел, как таким платком -
Наверно, этим самым - Кассио губы
Сегодня утирал.

Отелло
Раз это тот...
.

IAGO.
If it be that, or any that was hers,
It speaks against her with the other proofs.

OTHELLO.
O, that the slave had forty thousand lives,--
One is too poor, too weak for my revenge!
Now do I see 'tis true.--Look here, Iago;
All my fond love thus do I blow to heaven:
'Tis gone.--
Arise, black vengeance, from thy hollow hell!
Yield up, O love, thy crown and hearted throne
To tyrannous hate! swell, bosom, with thy fraught,
For 'tis of aspics' tongues!

IAGO.
Yet be content.

OTHELLO.
O, blood, Iago, blood!

IAGO.
Patience, I say; your mind perhaps may change.

OTHELLO.
Never, Iago. Like to the Pontic Sea,
Whose icy current and compulsive course
Ne'er feels retiring ebb, but keeps due on
To the Propontic and the Hellespont;
Even so my bloody thoughts, with violent pace,
Shall ne'er look back, ne'er ebb to humble love,
Till that a capable and wide revenge
Swallow them up.--Now, by yond marble heaven,
In the due reverence of a sacred vow
[Kneels.]
I here engage my words.

IAGO.
Do not rise yet.--
[Kneels.]
Witness, you ever-burning lights above,
You elements that clip us round about,--
Witness that here Iago doth give up
The execution of his wit, hands, heart,
To wrong'd Othello's service! Let him command,
And to obey shall be in me remorse,
What bloody business ever.

OTHELLO.
I greet thy love,
Not with vain thanks, but with acceptance bounteous,
And will upon the instant put thee to't:
Within these three days let me hear thee say
That Cassio's not alive.

IAGO.
My friend is dead; 'tis done at your request:
But let her live.

OTHELLO.
Damn her, lewd minx! O, damn her!
Come, go with me apart; I will withdraw
To furnish me with some swift means of death
For the fair devil. Now art thou my lieutenant.

IAGO.
I am your own for ever.

[Exeunt.]

Яго
Раз это тот, - иль, может быть, другой
Ее платок, - вот новая улика.

Отелло
О, будь в несчастном сорок тысяч жизней!
Одной мне слишком мало для отмщенья!
Теперь я вижу - правда все. Смотри:
Всю эту глупую мою любовь
Я шлю ветрам: подул - и нет ее.
Восстань из бездны, ужас черной мести!
Отдай, любовь, престол свой и венец
Слепой вражде! Распухни, грудь, от груза
Змеиных жал!

Яго
Вам надо быть спокойней.

Отелло
О кровь, кровь, кровь!

Яго
Прошу вас, потерпите!
Вам, может быть, придется передумать.

Отелло
Нет, Яго, никогда. Как воды Понта*,
Чей ледяной поток и мощный бег
Не ведает отливов, но несется
Сквозь Пропонтиду* и сквозь Геллеспонт*,
Так мой кровавый гнев, не озираясь
И не отхлынув к нежности, помчится,
Пока его не поглотит простор
Огромной мести. И мои слова
(опускается на колени)
Под мрамором небес я облекаю
В торжественный обет.

Яго
Нет, не вставайте.
(Опускается на колени.)
Свидетельствуйте, вечные огни,
И вы, объемлющие нас стихии,
Что Яго посвящает силу сердца,
Ума и рук отмщенью за Отелло!
Пусть он велит, и я исполню все,
Каким бы дело ни было кровавым.

Отелло
Не праздной благодарностью встречаю
Твою любовь, а искренно приемлю
И тотчас же воспользуюсь тобой:
В три дня я должен от тебя услышать,
Что Кассио нет в живых.

Яго
Мой друг отныне мертв - по вашей воле.
Но пусть она живет.

Отелло
Прочь! Прочь подлюгу!
Ступай за мной. Мне нужен быстрый способ
Покончить с этой нежной дьяволицей.
Идем. Отныне ты моя лейтенант.

Яго
Я ваш навеки.

Уходят.

 

 

 

Scene IV Cyprus. Before the Castle.

[Enter Desdemona, Emilia, and Clown.]

СЦЕНА 4 Перед замком.

Входят Дездемона, Эмилия и Шут.

DESDEMONA.
Do you know, sirrah,
where Lieutenant Cassio lies?

CLOWN.
I dare not say he lies anywhere.

DESDEMONA.
Why, man?

CLOWN.
He's a soldier; and for one to say a soldier lies
is stabbing.

DESDEMONA.
Go to: where lodges he?

CLOWN.
To tell you where he lodges is to tell you where I lie.

DESDEMONA.
Can anything be made of this?

CLOWN.
I know not where he lodges; and for me
to devise a lodging, and say he lies here
or he lies there were to lie in mine own throat.


DESDEMONA.
Can you inquire him out, and be edified by report?

CLOWN.
I will catechize the world for him; that is, make
questions and by them answer.

Дездемона
Скажи, любезнейший:
не можешь ли ты отыскать лейтенанта Кассио?

Шут
Нет, за это я не берусь.

Дездемона
Почему?

Шут
Он человек военный. Попробуй его оттаскать -
он тебе покажет.

Дездемона
Да ну тебя! Ты знаешь, где он живет?

Шут
Знаю: он живет в доме, которого я не знаю.

Дездемона
Ну что мне с тобой делать?

Шут
Словом, где он квартирует - мне неизвестно.
А если я начну гадать: не остановился ли он там,
не остановился ли он тут, то я и сам никогда
не остановлюсь.

Дездемона
А не можешь ли ты разузнать путем расспросов?

Шут
Буду беседовать с людьми, как по катехизису:
задавать вопросы и получать ответы.
.

DESDEMONA.
Seek him, bid him come hither: tell him I have moved
my lord on his behalf,
and hope all will be well.

CLOWN.
To do this is within the compass of man's wit;
and therefore
I will attempt the doing it.

[Exit.]

DESDEMONA.
Where should I lose that handkerchief, Emilia?

EMILIA.
I know not, madam.

DESDEMONA.
Believe me, I had rather have lost my purse
Full of crusadoes: and, but my noble Moor
Is true of mind and made of no such baseness
As jealous creatures are, it were enough
To put him to ill thinking.

EMILIA.
Is he not jealous?

DESDEMONA.
Who, he? I think the sun where he was born
Drew all such humours from him.

EMILIA.
Look, where he comes.

DESDEMONA.
I will not leave him now till Cassio
Be call'd to him.

[Enter Othello.]

How is't with you, my lord?

OTHELLO.
Well, my good lady.--[Aside.]
O, hardness to dissemble!--
How do you, Desdemona?

 

Дездемона
Разыщи его и пришли сюда. Скажи ему,
что я склонила моего мужа в его пользу
и надеюсь, что все устроится.

Шут
Исполнение этого лежит в пределах
человеческих способностей, и поэтому
я попытаюсь это исполнить.

(Уходит.)

Дездемона
И где могла я обронить платок, Эмилия?

Эмилия
Не знаю где, синьора.

Дездемона
Уж лучше бы пропал мой кошелек
С червонцами! Не будь мой гордый Мавр
Высок душой и не такого склада,
Как мелкие ревнивцы, он бы мог
Встревожиться.

Эмилия
Он не ревнив?

Дездемона
Кто? Он? По-моему, его родное солнце
В нем это иссушило.

Эмилия
Вот он сам.

Дездемона
Я задержу его, так, чтобы Кассио
Успел прийти.

Входит Отелло.

Как поживаешь, друг мой?

Отелло
Я - хорошо. (В сторону.)
Как тяжко - притворяться!
А ты как, Дездемона?
.

DESDEMONA.
Well, my good lord.

OTHELLO.
Give me your hand: this hand is moist, my lady.

DESDEMONA.
It yet hath felt no age nor known no sorrow.

OTHELLO.
This argues fruitfulness and liberal heart:--
Hot, hot, and moist: this hand of yours requires
A sequester from liberty, fasting, and prayer,
Much castigation, exercise devout;
For here's a young and sweating devil here
That commonly rebels. 'Tis a good hand,
A frank one.

DESDEMONA.
You may, indeed, say so;
For 'twas that hand that gave away my heart.

OTHELLO.
A liberal hand: the hearts of old gave hands;
But our new heraldry is hands, not hearts.

DESDEMONA.
I cannot speak of this. Come now, your promise.

OTHELLO.
What promise, chuck?

DESDEMONA.
I have sent to bid Cassio come speak with you.

Дездемона
Хорошо.

Отелло
Дай руку. Это - влажная рука.

Дездемона
Еще не знавшая ни лет, ни горя.

Отелло
То признак расточительного сердца:
Горячая и влажная. Здесь нужны
Затворничество, строгий пост, молитвы,
Обряды веры, умерщвленье плоти.
Здесь виден молодой, горячий бес,
Нередко буйный. Добрая рука,
Не жадная.

Дездемона
Ты вправе так сказать:
Она тебе мое вручила сердце.

Отелло
Не злая. Сердце встарь дарило руку.
Теперь в гербах лишь руки, не сердца.

Дездемона
Быть может. Ну, а как же обещанье?

Отелло
Какое, дорогая?

Дездемона
Я послала за Кассио, чтоб он встретился с тобой.
.

OTHELLO.
I have a salt and sorry rheum offends me;
Lend me thy handkerchief.

DESDEMONA.
Here, my lord.

OTHELLO.
That which I gave you.

DESDEMONA.
I have it not about me.

OTHELLO.
Not?

DESDEMONA.
No, faith, my lord.

OTHELLO.
That is a fault.
That handkerchief
Did an Egyptian to my mother give;
She was a charmer, and could almost read
The thoughts of people: she told her, while she kept it,
'Twould make her amiable and subdue my father
Entirely to her love; but if she lost it
Or made a gift of it, my father's eye
Should hold her loathed, and his spirits should hunt
After new fancies: she, dying, gave it me;
And bid me, when my fate would have me wive,
To give it her. I did so: and take heed on't;
Make it a darling like your precious eye;
To lose't or give't away were such perdition
As nothing else could match.

DESDEMONA.
Is't possible?

OTHELLO.
'Tis true: there's magic in the web of it:
A sibyl, that had number'd in the world
The sun to course two hundred compasses,
In her prophetic fury sew'd the work;
The worms were hallow'd that did breed the silk;
And it was dy'd in mummy which the skillful
Conserv'd of maiden's hearts.

DESDEMONA.
Indeed! is't true?

OTHELLO.
Most veritable; therefore look to't well.

DESDEMONA.
Then would to God that I had never seen't!

OTHELLO.
Ha! wherefore?

Отелло
Я чувствую пренеприятный насморк.
Позволь мне твой платок.

Дездемона
Возьми, мой друг.

Отелло
Тот, что тебе я подарил когда-то.

Дездемона
Он не при мне сейчас.

Отелло
Не при тебе?

Дездемона
Нет, друг мой.

Отелло
Напрасно. Это не простой платок.
Его когда-то матери моей
Дала одна цыганка, чародейка,
Умевшая читать чужие мысли,
Сказав ей, что, пока платок при ней,
Отец мой будет полностью покорен
Ее любви, но, если мать утратит
Или отдаст его, глаза отца
Ее невзлюбят, а душа помчится
К другим. Она его мне подарила
Пред смертью, с тем чтоб я, когда женюсь,
Вручил его жене. Я так и сделал.
Храни ж его, как собственный свой глаз.
Страшнее всех несчастий - потерять
Или отдать его.

Дездемона
О, неужели?

Отелло
Воистину. Его состав волшебен.
Сивилла, насчитавшая при жизни,
Как солнце обернулось двести раз,
Ткала его в пророческом наитье;
Шелк выпряден заклятыми червями
И выкрашен в составе, извлеченном
Из девичьих сердец.

Дездемона
И это - правда?

Отелло
Вполне. Смотри же, береги его.

Дездемона
Так лучше бы вовек мои глаза его не видели!

Отелло
А! Почему?
.

DESDEMONA.
Why do you speak so startingly and rash?

OTHELLO.
Is't lost? is't gone? speak, is it out of the way?

DESDEMONA.
Heaven bless us!

OTHELLO.
Say you?

DESDEMONA.
It is not lost; but what an if it were?

OTHELLO.
How!

DESDEMONA.
I say, it is not lost.

OTHELLO.
Fetch't, let me see't.

DESDEMONA.
Why, so I can, sir, but I will not now.
This is a trick to put me from my suit:
Pray you, let Cassio be receiv'd again.

OTHELLO.
Fetch me the handkerchief: my mind misgives.

DESDEMONA.
Come, come;
You'll never meet a more sufficient man.

OTHELLO.
The handkerchief!

DESDEMONA.
I pray, talk me of Cassio.

OTHELLO.
The handkerchief!

DESDEMONA.
A man that all his time
Hath founded his good fortunes on your love,
Shar'd dangers with you,--

OTHELLO.
The handkerchief!

DESDEMONA.
In sooth, you are to blame.

OTHELLO.
Away!

[Exit.]

EMILIA.
Is not this man jealous?

DESDEMONA.
I ne'er saw this before.
Sure there's some wonder in this handkerchief;
I am most unhappy in the loss of it.

 

Дездемона
Как голос твой отрывист и неровен!

Отелло
Где он? Скажи мне! Нет его? Пропал?

Дездемона
Избави Боже!

Отелло
Скажи!

Дездемона
Он не пропал. А если бы пропал?

Отелло
Что?

Дездемона
Я говорю тебе, он не пропал.

Отелло
Сходи за ним, чтоб я его увидел.

Дездемона
Что ж, я могу, но не хочу сейчас.
Ты ищешь повода мне не ответить.
Прошу тебя, верни на службу Кассио.

Отелло
Достань платок. Я чувствую беду.

Дездемона
Верни его.
Ведь лучшего, чем он, ты не найдешь.

Отелло
Платок!

Дездемона
Нет, нет, поговорим о Кассио.

Отелло
Платок!

Дездемона
Ведь он свое благополучье
Всецело строил на твоей любви,
Делил с тобой опасности...

Отелло
Платок!

Дездемона
Нет, это, право же, нехорошо.

Отелло
Прочь!

(Уходит.)

Эмилия
Что это он? Ревнует?

Дездемона
Таким он не был никогда. Должно быть,
И вправду это - колдовской платок.
Как я расстроена его потерей!
.

EMILIA.
'Tis not a year or two shows us a man:
They are all but stomachs and we all but food:
They eat us hungerly, and when they are full,
They belch us.--Look you,--Cassio and my husband.

[Enter Cassio and Iago.]

IAGO.
There is no other way; 'tis she must do't:
And, lo, the happiness! go and importune her.

DESDEMONA.
How now, good Cassio! what's the news with you?

CASSIO.
Madam, my former suit: I do beseech you
That by your virtuous means I may again
Exist, and be a member of his love,
Whom I, with all the office of my heart,
Entirely honour: I would not be delay'd.
If my offence be of such mortal kind
That nor my service past, nor present sorrows,
Nor purpos'd merit in futurity,
Can ransom me into his love again,
But to know so must be my benefit;
So shall I clothe me in a forc'd content,
And shut myself up in some other course,
To fortune's alms.

DESDEMONA.
Alas, thrice-gentle Cassio!
My advocation is not now in tune;
My lord is not my lord; nor should I know him
Were he in favour as in humour alter'd.
So help me every spirit sanctified,
As I have spoken for you all my best,
And stood within the blank of his displeasure
For my free speech! You must awhile be patient:
What I can do I will; and more I will
Than for myself I dare: let that suffice you.

IAGO.
Is my lord angry?

EMILIA.
He went hence but now,
And certainly in strange unquietness.

Эмилия
Мужчину узнаешь не в год, не в два.
Они - желудки, мы им служим пищей.
Едят нас с жадностью, а наедятся -
Срыгнут. Смотрите: Кассио и мой муж.

Входят Кассио и Яго.

Яго
Да, только так: через ее содейство.
А, как удачно! С ней и потолкуйте.

Дездемона
Ну что, друг Кассио? Как твои дела?

Кассио
По-прежнему, синьора. Я молю вас,
Как властную заступницу, помочь мне
Вернуться к жизни и к благоволенью
Того, кто мной с горячим рвеньем сердца
Глубоко чтим. Мне тяжко промедленье.
И если мой проступок столь смертелен,
Что ни былая служба, ни вот эти
Страданья, ни грядущие заслуги
Не властны мне вернуть его любовь,
Я буду рад хотя бы знать об этом.
Тогда, невольно облачась в смиренье,
Пойду кормиться на других путях
Подачками судьбы.

Дездемона
Увы, мой Кассио!
Сейчас меня не выслушают. Муж мой -
Не муж мой. Я его бы не узнала,
Когда бы так лицом он изменился,
Как сердцем. Видят пресвятые силы,
Как я тебя усердно защищала,
Став под прицел его негодованья
За дерзость речи. Потерпи. Что в силах,
Я выполню смелей, чем если б дело
Шло обо мне. Довольствуйся хоть этим.

Яго
Он раздражен?

Эмилия
Он был здесь и ушел
В каком-то непонятном беспокойстве.
.

IAGO.
Can he be angry? I have seen the cannon,
When it hath blown his ranks into the air
And, like the devil, from his very arm
Puff'd his own brother;--and can he be angry?
Something of moment, then: I will go meet him:
There's matter in't indeed if he be angry.

DESDEMONA.
I pr'ythee, do so.

[Exit Iago.]

Something sure of state,--
Either from Venice or some unhatch'd practice
Made demonstrable here in Cyprus to him,--
Hath puddled his clear spirit, and in such cases
Men's natures wrangle with inferior things,
Though great ones are their object. 'Tis even so;
For let our finger ache, and it indues
Our other healthful members even to that sense
Of pain: nay, we must think men are not gods,
Nor of them look for such observancy
As fits the bridal.--Beshrew me much, Emilia,
I was,--unhandsome warrior as I am,--
Arraigning his unkindness with my soul;
But now I find I had suborn'd the witness,
And he's indicted falsely.

EMILIA.
Pray heaven it be state matters, as you think,
And no conception nor no jealous toy
Concerning you.

Яго
Чтоб он был раздражен? Я видел пушку,
Которая смела его ряды
И, словно дьявол, рядом с ним пожрала
Его же брата. Раздражен! Причина
Должна быть веской. Я схожу к нему.
Здесь что-то есть, раз он сердит.

Дездемона
Сходи.

Уходит Яго.

Какие-нибудь важные дела,
Известья от сената или здесь,
На Кипре, обнаруженные козни
Затмили дух его. В такое время
Нас возмущают мелочи, хоть мысли
Поглощены большим. И так всегда.
Болящий палец и в здоровых членах
Способен вызвать то же чувство боли.
Нам надо помнить, что мужья - не боги
И никогда не будут так учтивы,
Как в вечер свадьбы. Я стыжусь, Эмилия,
Что, действуя как нехороший воин,
Его суровость осуждала в сердце.
Я вижу, что свидетель был пристрастен
И приговор мой был несправедлив.

Эмилия
Дай Бог, чтоб это были в самом деле
Служебные заботы, а не ревность
Иль что-нибудь обидное для вас.
.

DESDEMONA.
Alas the day, I never gave him cause!

EMILIA.
But jealous souls will not be answer'd so;
They are not ever jealous for the cause,
But jealous for they are jealous: 'tis a monster
Begot upon itself, born on itself.

DESDEMONA.
Heaven keep that monster from Othello's mind!

EMILIA.
Lady, amen.

DESDEMONA.
I will go seek him.--Cassio, walk hereabout:
If I do find him fit, I'll move your suit,
And seek to effect it to my uttermost.

CASSIO.
I humbly thank your ladyship.

[Exeunt Desdemona and Emilia.]

[Enter Bianca.]

BIANCA.
Save you, friend Cassio!

CASSIO.
What make you from home?
How is it with you, my most fair Bianca?
I'faith, sweet love, I was coming to your house.

 

Дездемона
Я поводов ему не подавала.

Эмилия
Но для ревнивых это - не ответ.
Не поводы велят им ревновать,
А ревность их - чудовище, собой же
Зачатое, рожденное собой же.

Дездемона
Избавь Святое Небо дух Отелло от этого чудовища!

Эмилия
Аминь.

Дездемона
Пойду к нему. - Ты, Кассио, здесь побудь.
Взгляну, как он настроен. Если можно,
Я за тебя усердно попрошу.

Кассио
Смиренно вам признателен, синьора.

Уходят Дездемона и Эмилия.

Входит Бианка.

Бианка
Привет, друг Кассио!

Кассио
Отчего ты здесь?
Как здравствуешь, прелестнейшая Бианка?
А я как раз хотел тебя проведать.
.

BIANCA.
And I was going to your lodging, Cassio.
What, keep a week away? seven days and nights?
Eight score eight hours? and lovers' absent hours,
More tedious than the dial eight score times?
O weary reckoning!

CASSIO.
Pardon me, Bianca:
I have this while with leaden thoughts been press'd;
But I shall in a more continuate time
Strike off this score of absence. Sweet Bianca,

[Giving her Desdemona's handkerchief.]

Take me this work out.

BIANCA.
O Cassio, whence came this?
This is some token from a newer friend.
To the felt absence now I feel a cause:
Is't come to this? Well, well.

CASSIO.
Go to, woman!
Throw your vile guesses in the devil's teeth,
From whence you have them. You are jealous now
That this is from some mistress, some remembrance:
No, in good troth, Bianca.

BIANCA.
Why, whose is it?

CASSIO.
I know not neither: I found it in my chamber.
I like the work well: ere it be demanded,--
As like enough it will,--I'd have it copied:
Take it, and do't; and leave me for this time.

BIANCA.
Leave you! wherefore?

CASSIO.
I do attend here on the general;
And think it no addition, nor my wish,
To have him see me woman'd.

BIANCA.
Why, I pray you?

CASSIO.
Not that I love you not.

Бианка
А я к тебе шла на дом. Что же это?
Неделю пропадать! Семь круглых суток!
Двенадцатью четырнадцать часов,
Без милого еще в сто раз длиннейших!
О, что за скучный счет!

Кассио
Прости, мой друг.
Меня давил свинцовый груз забот
Все эти дни. Чуть стану посвободней,
Я счет разлуки погашу. Мой ангел,

(дает ей платок Дездемоны)

Срисуй мне эту вышивку.

Бианка
Что это?
Подарок новой милой? Вот где скрыта
Причина, по которой ты скрывался!
Так вот как? Чудно, чудно!

Кассио
Перестань.
Брось глупые догадки черту в зубы;
Ты их взяла оттуда. Ты боишься,
Что это - женский дар, воспоминанье?
Клянусь, что нет.

Бианка
Так чей же он?

Кассио
Не знаю. Я в комнате моей его нашел.
Мне нравится узор. Пока хозяин
Не объявился, я тебя прошу:
Возьми его, срисуй мне. А сейчас оставь меня.

Бианка
Оставить, почему?

Кассио
Я жду здесь генерала.
Неудобно
Пред ним являться с дамой.

Бианка
Почему?

Кассио
Не думай, что тебя я не люблю.
.

BIANCA.
But that you do not love me.
I pray you, bring me on the way a little;
And say if I shall see you soon at night.

CASSIO.
'Tis but a little way that I can bring you,
For I attend here: but I'll see you soon.

BIANCA.
'Tis very good; I must be circumstanc'd.

[Exeunt.]

Бианка
Я думаю, что не меня ты любишь.
Послушай, проводи меня немного
И постарайся вечером прийти.

Кассио
Я провожу тебя, но недалеко.
Я должен ждать здесь. А приду я скоро.

Бианка
Ну что ж, отлично, раз нельзя иначе.

Уходят.

 

 

 

<<< АКТ II

АКТ IV >>>